В глубине рощи появились сильно нарушенные участки, на которых естественная растительность была уничтожена мероприятиями по искусственному возобновлению сосны (культуры разного возраста). Такие места вначале часто зарастают сорной растительностью.
В четвертом зональном береговом комплексе еще встречаются участки антропогенно нарушенной растительности. Он соответствует как бы переходной стадии от полновозрастного соснового леса с ярусом грабинника к стадии перезрелого сорняка с сильно изреженным пологом и мощным развитием грабинника. В средней части рощи этот комплекс занимает сравнительно большие площади. К обоим «крыльям» сосняка он, как и предыдущий, суживается и на современном этапе выклинивается. Все же он заходит дальше предыдущего, от которого отличается менее высокой производительностью и постепенно ухудшающимися позициями самой сосны. Класс бонитета ее древостоя здесь большей частью снижается до II, а на отдаленных от мыса участках — почти до III.
Полноты древостоя менее равномерны и редко превышают 0,6. Стволы сосен несколько более сбежисты, кроны лучше развиты. Естественное лесовозобновление в последнее время почти полностью заглушается ярусом грабинника и пышной растительностью лесных опушек, состоящих, с одной стороны, из типичных компонентов колхидского низового леса, с другой — из всевозможных лесных и адвентивных сорняков.Ослабление сосны сопровождается усилением колхидского низового листопадного леса.
Грабинник становится более рослым (7—11 м); чаще попадаются взрослые, хотя все еще невысокие деревья дуба, граба, полевого клена, дикой черешни и других широколиственных пород Колхидской равнины; местами встречаются тис ягодный, много мушмулы, боярышника мелколистного, свидины южной и др.Здесь зачастую следует проводить кронирование деревьев. Так же, как и в предыдущем комплексе, обычны кизильник красноплодный, бирючина обыкновенная, роза собачья, к ним присоединяются крушина ломкая, клекачка колхидская; по-прежнему обильна иглица шиповатая; вместе с ней чаще начинает попадаться дафна понтийская; кое-где появляется падуб колхидский; лиан становится больше; в более осветленных местах сильно разрастаются сасапариль высокий, ломонос винограднолистный, каприфоль, ежевика сизая, а местами и обвойник греческий. Под пологом леса, помимо перечисленных для предыдущего комплекса трав, возрастает участие типичных компонентов широколиственных лесов: эпимедия колхидского, костенца черного, морозника кавказского, кочедыжника женского, чины редкоцветной, вероники теневой, дряквы абхазской, любки зеленоцветной и др.
В связи с возрастающим участием компонентов широколиственного леса наземный моховой покров выражен хуже, становится более редким, размещается отдельными пятнами. В нем вместе с гомолатецием филиппинским кое-где встречаются и другие мхи, в том числе мниум волнистый. Состав сапрофитных мхов несколько разнообразнее.
Со стороны, противоположной морскому берегу, комплекс этот заканчивается выклиниванием соснового древостоя. Когда-то участки леса, переходные от сосняков к другим лесным формациям приморской равнины, в виде самостоятельной, быть может, прерывистой полосы окаймляли пицундские сосняки. В настоящее время полоса эта мало где выражена, так как, оставаясь за пределами заповедной территории, вошла в состав антропогенного ландшафта.
По ее небольшим отрывкам, полусохранившимся кое-где на окраинных участках заповедника, не всегда легко установить свойственные былым лесам закономерности, ибо и эта уцелевшая фрагментами растительность тоже сильно изменена деятельностью человека. Сохранившиеся участки самшитников все же свидетельствуют, что в биогеоценотическом покрове территории, окаймляющей сосняки со стороны, противоположной морю, большую роль играли леса со вторым ярусом из самшита. Но как сочетались в этом комплексе участки отдельных типов леса, а также лесов с сосной и без нее, все еще остается не совсем ясным.
Можно, однако, с большой долей вероятности полагать, что широкому распространению и разрастанию в этих лесах грабинника способствовало воздействие антропогенных факторов. Сосновый древостой произрастанию самшита препятствовать не может.
Полог же плотно сомкнутого высокоствольного широколиственного леса для него значительно менее благоприятен. Поэтому хорошо развитые самшитники могли быть связаны в основном либо с сосняками, либо с более или менее разреженными лесами широколиственных пород. И в том и в другом случаях самшит должен был тормозить лесовозобновление высокоствольных древесных растений. Разрастаясь под пологом сосны, он останавливал развитие ее последующих поколений; проникая под участки широколиственного леса на первых порах мог лишь притормаживать его лесовозобновление, способствуя тем самым его изрежнванию. На западном крыле сосновой рощи, где море уже на протяжении многих лет наступает на берега полуострова, сужпвая полосу сосновых лесов, участки самшитников, развившиеся в прошлом в тыловой части сосняков, постепенно приближаются к современному берегу и, наконец, выходят вплотную к литоралям, заходя местами до вершины берегового вала.
